Нам нужна ваша помощь

Прочитайте наше обращение. Вы важнее, чем думаете.

Просмотреть
Скрыть
1863x

История

«Курапаты: Дарога Смерці» — история самой влиятельной беларуской статьи XX века

1863x, 2 Июнь

В 1937-ом году жители деревни Цна даже и не представляли, что их ждёт. Вся их жизнь на ближайшие годы стала проходить под простые, но крайне жуткие звуки. Трижды в день стало раздаваться «хлоп-хлоп-хлоп». Поначалу эти хлопки раздавались утром, в обед и вечером. Во второй половине года вокруг места, где они раздавались, вырос трёхметровый забор, и хлопки стали звучать круглую ночь.

На первый вид типичный беларуский деревенский ландшафт

Жители Цны не могли спокойно есть, думать, и особенно спать. Самые смелые решались перелазить через забор, чтобы узнать, что там происходит. Почти 50 лет они молчали об увиденном, пока не решились рассказать правду. И когда они заговорили, Беларусь перестала быть прежней.

Сквозь цензуру и забвение…

1957 год, строительство кольцевой автодороги Минск-Заславль. Строители обнаруживают крайне жуткую находку — множество костей и черепов. Черепа все с пулевыми отверстиями в затылках.  Но городские власти не реагируют на находку строителей, приказывая им забыть и строить дальше. Кажется, что останки убитых попросту обречены сгнить не только заживо, но и в следах истории.

3 июня 1988 года, Минск. В газете «Літаратура і Мастацтва» (ЛіМ) выходит статья, которая изменит буквально всё и отомстит за погибших. Стоит отметить, что ЛіМ на то время не просто унылая государственная газетёнка по принудительной подписке, коей является сейчас. В 1988-ом её читала вся беларуская интеллигенция, учителя, сотрудники министерств. Тираж одного номера составлял около 30 тысяч экземпляров, а редактором являлся Анатоль Вертинский.

Анатоль Вертинский

Именно ему, на двух листках печатным шрифтом, Зянон Пазняк и Евгений Шмыгалев принесли статью «Курапаты — Дарога Смерці». Унеся материал к себе домой, Анатоль поздним вечером останется с ним один на один. От прочитанного его буквально начнёт бить дрожь. Ранее он, конечно же, слышал про сталинские репрессии, но факты попросту шокируют от осознания тех ужасов, которые происходили почти 50 лет назад. Наутро Вертинский решает пустить её в печать, не выкинув ни одной строчки… О статье он расскажет лишь своему заместителю, опасаясь преждевременной огласки и возможных проблем. Несмотря на перестройку, цензура и работники КГБ никуда не делись. Параллельно посовещавшись с авторами, он попросит Василя Быкова написать вступление, рассчитывая, что авторитет писателя послужит тараном на пути всевозможных преград.

На редакторской планерке о статье Анатоль просто умолчит. Готовый номер повезут прямиком в Дом Печати, где его возьмёт на проверку «Главлит» —  так тогда назывался цензурный орган, от которого можно было ждать всего, чего угодно. Но цензор не осмеливается запретить статью к публикации. Включается печатный станок, номер готовится к выходу в свет.

3 июня 1988-го года. Дочь поэта Тодара Кляшторного, которого убили в печально известную ночь с 29 на 30 октября 1937-го едет по своим делам в обещственном транспорте. Она только-только заполучила свежий номер ЛіМ в свои руки. Когда она отложит газету, её состояние тяжело описать. Ведь только что она узнала о том, где же похоронен её отец. С подобным открытием в тот день столкнутся десятки и десятки тысяч людей.

Последствия публикации

Тираж мгновенно раскупается и передаётся из рук в руки. Его переписывают от руки, перепечатывают на машинках, умудряются даже размножать через копировальные машины на военных предприятиях, где круглосуточно бдит КГБ.

Шокированные люди рассказывают, как пропадали в 30-х годах их родственники, пишут письма и приходят в редакцию ЛіМ лично со своими историями и свидетельствами.

Вертинскому звонит помощник председателя президиума Верховного Совета БССР и просит дать номер для изучения. Через несколько дней  из Москвы приезжает спецкор крупнейшей японской газеты «Асахи», чтобы сделать большой материал о Куропатах. Статьи, основанные на тех же фактах, вышли в «Московских новостях», «Известиях», «Огоньке», проходит сюжет по Центральному телевидению. 14 июня главный прокурор БССР Георгий Тарнавский возбуждает первое уголовное дело в СССР по фактам преступлений, совершенных Сталиным и НКВД.

Позже, в 1990-ом году, Георгий Тарнавский вместе с журналистами напишут книгу, которая разойдётся 100 000-ым тиражом: «Куропаты: следствие продолжается». В которой куда более подробно расскажут о сталинском геноциде

19 июня 1988 в Куропатах впервые в истории Беларуси проходит марш и протестный митинг, на который приходит около 10 000 человек. Именно там впервые поднимается национальный бело-красно-белый флаг, и звучат антисоветские лозунги. Вот как её вспоминает сам Зянон Пазняк:

«Дзень 19 чэрвеня 1988 году, калі адбылося масавае шэсьце на Курапаты і мітынг там, жыве ў маёй сьвядомасьці выразна і моцна. Тысячы людзей зайшлі ў Курапацкі лес і ўсе рассыпаліся. Між дрэваў і кустоў ішлі моўчкі, у поўнай цішыні… І толькі крокі і шоргат лясной травы пад нагамі…

Мне пачулася ў гэтым нешта містычнае. Я адчуў, што адбываецца нешта, чаго я ня змог растлумачыць. Гэты шоргат людзкой лявіны – гэты вобраз стаіць у мяне ўвушшу, уваччу, жыве ў маёй сьвядомасьці.

У масе людзей я ўпершыню ўсьвядоміў адзінства цэлага, адчуў сябе часткай агульнага, свайго і ўсіх разам. Гэта было як злучэньне з Богам. За Саветамі беларусы былі адлучаныя ад такога адчуваньня… Курапаты ж аб’ядналі сэрцы людзей перад Праўдай вечнай. І якраз гэта дало духоўны стымул, эмацыйны штуршок новаму беларускаму адраджэньню, новаму нацыянальна-вызвольнаму руху.»

Под давлением людей создается правительственная комиссия, в которую входят писатели Василь Быков и Иван Чигринов, народный художник СССР Михаил Савицкий, бывшая подпольщица Герой Советского Союза Мария Осипова, руководители Минюста и МВД БССР, Верховного Суда, КГБ, ученые, представители общественных организаций. Следствием руководит Язэп Бролишс — следователь по особо важным делам Генпрокуратуры БССР.

В июле 1988 г. следственная группа первый раз побывала в Куропатах. Выйдя из машин, работники прокуратуры спустились в глубокую лощину, из которой начинался медленный подъем к вершине протянувшегося с востока на запад покатого холма. Буквально через несколько шагов стали встречаться впадины — разные по глубине и размерам, чистые, поросшие травой или кустарником, и превращенные в свалки, заполненные мусором, битым стеклом и консервными банками. В блокнотах и документах появилась первая цифра: 510 впадин самых разных размеров.

Раскопки в Куропатах решено было провести строго по археологическим методикам, и потому для участия в них пригласили Зянона Пазьняка, который на тот момент и являлся археологом. Было выбрано восемь различных захоронений в разных уголках массива и 6 июля 1988 г. началась работа.

Результаты раскопок

В итоге официальная комплексно судебно-медицинская и криминалистическая экспертиза, а также расследование Прокураторы БССР установит — в период 1937-го по 1941-ый в Куропатах было захороненно не менее 30 000 человек. А через год официально назовёт преступников:

«Достоверно доказано, что расстрелы осужденных осуществлялись сотрудниками комендатуры НКВД БССР… Принимая во внимание, что виновные в этих репрессиях руководители НКВД БССР и другие лица приговорены к смертной казни либо к настоящему времени умерли, на основании изложенного, руководствуясь ст.208, п.1, и ст.5, п.8 УПК БССР, уголовное дело, возбужденное по факту обнаружения захоронений в лесном массиве Куропаты, прекращено.» Правда останется неясным вопрос — действительно ли все виновные в убийстве беларусов на тот момент прямиком так все и умерли?

Зянон Позняк, обращая внимание на крупные могильники, а также возможные перезахоронения, будет давать оценки от 100 до 200 тысяч убитых. Раскопки станут поводом для выхода в сентябре 1988-го года новой статьи: «Шумяць сосны над магілай». А идея о достойном увековечивании жертв геноцида станет в итоге фундаментом движения, аббревиатура которого знакома почти каждому беларусу — БНФ.

 

Поддержать проект 1863x на платформе Talaka!