Работа над ошибками

Большинство людей думает определенными шаблонами и устойчивыми образами, которые у них сформированы в мозгу. Если человек знает, как формируются эти шаблоны, то он получает возможность играть с ними, что зачастую и называется творчеством.
Наш сайт часто называл себя вестником беларуского национализма, но никогда не давал определений, что это такое. В итоге нам довелось смотреть на совершенно разные отклики со стороны читателей. Некоторые сразу нас воспринимали за ультраправых нацистов, другие видели радикальных змагаров, третьи сравнивали нас с Хартией или Спутником и Погромом.
Проблема в том, что мало кто понимает значение выражения “национальное строительство”. Ассоциации в голове людей рождаются совершенно разные.

Смоделируем ситуацию: вы обычный чешский торговец средней руки в XIX-ом веке, но вами правят австрийские Габсбурги, которые в любой момент могут поссориться с кем угодно и начать войну. Продавали вы свой товар в Англию, а тут раз –  случился межимперский кофнликт,  условия для бизнеса ухудшаются. “Гребаные Габсбурги, надо было им лезть куда не надо”, – думали бы вы про себя.
Вы живете в замечательном городе Праге, красивом и восхитительном. Богатая история привлекает молодых аристократов и богатеев красивыми достопримечательности, а также возможностью интересно провести каникулы. И вот, сидя в неплохой пивной, вы с друзьями-предпринимателями втихую начинаете ругать власть, мол, она не слышит народ и делает только всё под себя, а бедные чехи вынуждены страдать. Город позволяет разгонять актуальную мысль, словно болид Формулы-1, ведь в городской среде обязательно найдутся ученые, студенты, доктора, писатели, художники и даже чиновники, которые будут думать над проблемами и решать их. И постепенно приходит шальная мысль: а что если бы чехам править самим, а не подчиняться этим австриякам?

Пражские баррикады во время буржуазно-демократического восстания 1848-ого года.

Хм, но ведь вся эта габсбургская элита смеётся над чешской культурой, историей и языком, обзывает нас сбродом и только использует для обогащения. Она везде ставит на первое место немецкую культуру. А чтобы чеху попасть в правительство, ну так он должен либо быть немцем, либо очень сильно вылизывать сапог императора. И вот здесь подключаются смельчаки, которые начинают бросать культурный вызов сложившейся ситуации. Они вгрызаются в свою родную историю, как в драгоценнейший материал, и обнаруживают, что Чехия  – страна с богатейшим и интереснейшим прошлым . Просто когда-то ей не повезло быть завоеванной. Какой-нибудь студент активно интересуется чешским языком и фольклором и  доказывает, что культурно чехи не отстают от большинства европейских народов. И вот так через упорный труд активных единиц в обществе разливается мысль: “А мы то чем хуже?”  С постепенным выдавливанием комплекса неполноценности формируется национальная гордость и политическое заявление о необходимости взять власть в свои крепкие чешские руки. Тут же появляются местные предприниматели, которые готовы финансировать национальные политические партии или группировки, помогают одаренным писателям и музыкантам, поддерживают зарождение национального театра, оперы и других видов искусств. И вот в определенный момент ломки истории – в I Мировую Войну – появляется отличный шанс наконец-таки спустя многие столетия вернуть себе право жить самостоятельно. На свет выходит независимая республика Чехословакия.

Прага в 1939-ом году

Мы упрощенно описали пример возникновения национального государства в XIX-ом -начале XX- века. Почему же у Беларуси не получилось почти 100 лет назад сделать то, что получилось сделать у Чехии и Польши? Ответ простой – отсутствие значительной прослойки национального бизнеса, медленное развитие капитализма и урбанизации, географическое положение, 200-летнее нахождение под властью отсталой Российской Империи.
Беларусь ничем не отличалась от соседей и  создала свою независимую страну – Беларускую Народную Республику. Однако общество не созрело для активного сражения за неё. Большинство населения составляли крестьяне, которым было абсолютно всё равно, что происходит, лишь бы выжить в этой тотальной мясорубке. Да и Восточный Фронт I Мировой проходил как раз на нашей территории, что не давало с 1915-ого по 1918-ый  вести нормальную политическую деятельность.

БНР задавили, не дав расправить крылья. 20 лет независимой жизни между Первой  и Второй Мировой Войной позволили чехам и полякам вырастить новое поколение, пропитанное уважением и любовью к родному языку и истории. Подняться на новый уровень, с которого они были сброшены установлением советских режимов. С тех пор все устремления национальной элиты Чехии и Польши были направлены к возвращению на тот уровень.
Малочисленной беларуской элите было тяжело общаться со своим народом. Они не могли предоставить конкретных фактов, которые бы уложились в голову простого обывателя:
– Давайте жить как в БНР!
– А как это? Я-то не знаю, а бабушка мне не рассказывала, да и вообще что это такое?
– Эээ, ну да, она очень мало просуществовала. Но было круто, жили бы как нормальные европейские страны.
– Ооооо, ну ты загнул, когда мы так жили? Мы всегда с Россией были!
– Да нет же, мы с ней только 200 лет в империи жили, да и сейчас в совке вместе страдаем. До этого у нас была ВКЛ и Речь Посполитая.
– Пффф, вспомнил времена, ты бы еще про римлян заговорил. Да и то поляки и литовцы нами руковоидили.
– Да нет, Литва – это на самом деле Беларусь, просто в царское время…
– Ой, всё.

20 лет национально-демократического строительства заменили советской бутафорией.

Приблизительно вот так выглядел трудоемкий процесс национализации населения Беларуси. Но благодаря немногочисленным отважным героям, наша культура и история постепенно двигалась вперёд. Представьте себе парализованного человека, у которого работает только мозг и память. И вот он силой воли начинает распространять своё влияние на остальные части тела. А те еще сопротивляются, вопят: “Ааааааа, лежали в анабиозе, стабильно всё было, а ты, сволочь, лезешь всё со своим пробуждением”.

Результатом этой борьбы стало появление Республики Беларусь, у которой было аж целых 4 года национального строительства. Не 20, не 10, а целых 4, пока не пришел один талантливый аграрий. Эти 4 года были для нас просто усладой, когда можно было вдохнуть запах свободы. Но экономические реалии подтолкнули население, которое демократию первый раз в жизни видело, к популистскому антинациональному выбору. Начался период 20-летнего противостояния, когда все беларуское было в таком андеграунде, что даже барановичские гаражные панкари диву давались. «Люди, которые говорят на белорусском языке, не могут ничего делать, кроме как разговаривать на нём, потому что по-белорусски нельзя выразить ничего великого. Белорусский язык — бедный язык. В мире существует только два великих языка — русский и английский»”, – сказал в 1994 году Лукашенко.
Но пришел переломный 2014-ый, когда сонная и болотная Беларусь увидела, что бывает с теми, кто отказывается от своей идентичности. Их попросту пытаются сожрать. Крым и Донбасс получили ровно столько, сколько они заслуживали. Каждому воздастся по вере его. Это правило действует неотъемлемо.
Значительная часть беларуского общества всколыхнулась. Распространение курсов беларуского языка, ленточки на машинах, скупка книг по истории и карт ВКЛ – это всего лишь первые маленькие шажочки. У нас вновь приоткрывается окно возможностей, как и 100 лет назад, чтобы развернуть Беларусь к нормальному национальному строительству. Интернет и развитие информационных технологий позволяет теперь делать за год то, на что раньше требовались десятки лет. Даже до верхушки чиновничества начинает доходить, что игра в русских и совков может закончиться плачевно и кроваво.

Наша задача доделать то, что не получилось у основателей БНР и основателей Республики Беларусь. Работа над ошибками неприятное занятие, но крайне необходимая. Другого такого шанса может и не быть.

Поддержать проект 1863x.com